Лили учащенно дышала, и ее грудь часто вздымалась и опускалась. Его руки крепко держали ее за плечи… слишком крепко… до боли.

– Я же говорил, чтобы вы не ездили! – сердито процедил Вулвертон. – Вы хотели убить себя?

Лили тихо застонала и в замешательстве подняла на него глаза. На воротнике его рубашку алело пятно – кровь от раны, которую она ему нанесла. Какие же у него сильные руки! Ему ничего не стоит одним движением сломать ей кости. Лили остро ощущала напряжение во всем его теле. На его лице застыло странное выражение, некая смесь неприязни и чего-то еще – чего именно, она так и не смогла понять. Несмотря на шум в голове, она услышала какое-то имя… Каролина…

– Вы сумасшедший! – ахнула Лили. – Великий Боже! Вам место в Бедламе. Ч-что происходит? Проклятие, вы хоть понимаете, кто я такая? Уберите руки, немедленно, слышите?!

Казалось, ее слова пробудили его от кошмарного сна.

Из его глаз исчез угрожающий блеск, жесткая линия рта смягчилась. Лили почувствовала, что он ослабил хватку. В следующее мгновение он резко, будто обжегшись, убрал руки.

Упав на мягкий ковер из листьев, Лили увидела, что Вулвертон выпрямился. Не посчитав нужным подать ей руку, он стоял и смотрел, как она с усилием поднимается на ноги. Убедившись, что она серьезно не пострадала, он стремительно вскочил на лошадь.

У Лили задрожали колени, и она прислонилась к дереву. Вряд ли она сейчас сможет взобраться в седло. Надо отдышаться и подождать, когда восстановятся силы.

Движимая любопытством, она посмотрела в бесстрастное лицо Вулвертона.

– Пенни слишком хороша для вас, – наконец выговорила Лили. – Прежде я боялась, что вы сделаете ее несчастной. Теперь я уверена, что ей грозят телесные увечья!

– Зачем притворяться, будто судьба Пенелопы заботит вас? – с презрением осведомился Вулвертон. – Вы долгие годы не виделись ни с сестрой, ни с родителями. Очевидно, они не хотят иметь ничего общего с вами.