Она убрала конфеты и постаралась взглянуть на ситуацию с философской точки зрения. Тридцать лет – дата, которая рано или поздно наступает в жизни любого человека. Это случается с каждым. И с этим ничего нельзя поделать. По правде говоря, тридцать звучит, старовато, но это ведь всего лишь день рождения. И нет причин расстраиваться.

Что касается фигуры, то ее формы не имеют никакого отношения к одиночеству. Эмма с досадой посмотрела на пышную грудь мисс Бордо и постаралась убедить себя, что мнение французской танцовщицы канкана ее не волнует.

– Значит, вы и есть мисс Дав. – Француженка бесцеремонно уставилась на нее. – Его секретарь.

Оценивающий, расчетливый тон насторожил Эмму.

– Да, я мисс Дав, – ответила она, приготовившись к новым нетактичным замечаниям.

Танцовщица рассмеялась, но Эмма не видела ничего смешного.

– Секретарем Марлоу непременно должна быть женщина. В этом он весь. Скажите, он держит вас на квартире или в доме?

Эмма разозлилась. Уже не в первый раз люди смотрят на нее с подозрением. Ее нанял мужчина на мужскую должность, к тому же репутация виконта оставляет желать лучшего. Но это не значит, что Эмма позволит безнаказанно подвергать сомнению свою добропорядочность.

– Вы ошибаетесь. Я не…

– Это не важно, – отмахнулась мисс Бордо. – Теперь, когда я вас увидела, стало понятно, что вы не представляете для меня никакой угрозы. Марлоу не любит женщин с плоской грудью.

Эмма вскипела от ярости. Она хотела осадить грубиянку, но понимала, что это глупо. Не исключено, что танцовщица и лорд Марлоу помирятся, а Эмма не может рисковать своим местом из-за минутной слабости. Несмотря на жгучую обиду, Эмма попридержала язык, как делала сотни раз до этого.

Кроме того, ей пришлось скрепя сердце признать, что гнев вызван совсем иными обстоятельствами. Ее вывело из себя небрежное замечание танцовщицы насчет того, что она слишком стара и худа, чтобы привлечь внимание мужчины, а не намеки на положение содержанки.