Отчаяние во взгляде Филиппы понемногу рассеивалось.

— Я не могу вам позволить.

— Вы должны это сделать. Вам не обязательно любить меня, однако я действительно родственник Марка.

— У вас сильный акцент, — сказала Пиппа. — Мне он кажется знакомым. Вы итальянец или француз?

— Скорее француз.

— Вы насквозь промокли.

— Вода уже начала подниматься до моих коленей. Если вы будете медлить с ответом, скоро мне понадобится трубка для подводного плавания.

Филиппа смотрела на него, видимо, принимая решение.

— Хорошо, я поверю вам, — произнесла она. — Мы побежим домой, однако промокнем сразу же, как только выберемся из грузовика.

— Я полагаю, у вас в доме имеется сухая одежда.

— Мне надоело сидеть в грузовике! — сказал Марк.

— И нам! — ответили девочки.

— Хорошо, — произнесла Пиппа. — Сейчас мы выберемся наружу и что есть мочи побежим к дому. Мистер де Готье присоединится к нам.

— Я поплыву на спине, — пошутил Макс. — Каков, ваш любимый стиль?

— Я плаваю по-собачьи, — Филиппа открыла переднюю дверцу грузовика, и на нее обрушился поток воды. Затем она открыла заднюю дверь и обратилась к Максу: — Я возьму детей, а вы — Долорес.

— Собаку?

— Долорес терпеть не может, когда у нее мокнут лапы, — пояснила Пиппа. — У нее дважды было воспаление легких. Я бы понесла ее, но у меня болит спина. Я не понимаю, почему вы не можете помочь в этом, вы же все-таки член семьи.

— Хорошо, — удалось произнести Максу, как только он взял на руки огромную коричневую собаку непонятной породы.

— Не уроните ее, — приказала Пиппа. — И скорее бегите к дому.

— Будет сделано, мадам.

Несмотря на быстрый бег и на то, что дом находился всего в нескольких десятках метров от грузовика, все сразу же вымокли. Сначала Максу показалось, будто дом немного покосился, хотя довольно трудно что-то сказать точно, когда идет такой ливень, а у тебя на руках мокрая, не слишком приятно пахнущая собака.