– Я не думаю об этом, – пробормотал он, нанося воск на дверцу. – Зачем мне деньги?

Алина сдвинула брови и задумалась.

– Чтобы когда-нибудь купить маленький домик, ферму и кусочек земли.

Маккена на мгновение перестал работать и оглянулся на нее через плечо. Его глаза заблестели.

– И кто будет жить со мной там?

Алина встретила его взгляд и улыбнулась фантазиям, вспыхнувшим в ее воображении.

– Я, разумеется.

Услышав это, Маккена повесил тряпку на крючок и подошел к ней.

Ее сердце сжалось.

– Но для этого мне придется зарабатывать огромные деньги, – ответил он. – Содержать тебя – дело не из легких.

– Я не потребую многого, – возразила она.

Он смерил ее скептическим взглядом.

– Да одни твои ленты для волос разорят меня, жена!

При слове «жена», произнесенном любовным тоном, Алине показалось, что она проглотила ложку сахарного сиропа.

– Я буду заплетать волосы без них!

Улыбнувшись, Маккена наклонился и поднял ее на ноги. Его руки легко легли ей на бедра. Он прижал ее к груди. Знакомый запах и близость его кожи заставили ее судорожно сглотнуть. Она достала из рукава маленький вышитый носовой платок и промокнула ему лоб.

Взяв в руки платок, Маккена с улыбкой рассматривал вышивку, сделанную зелеными и розовыми нитями.

– Это твоя работа? – Палец прошелся по вышитым цветам. – Красиво.

Она покраснела от смущения.

– Да. Я вышиваю вечерами. Леди не должна сидеть сложа руки.

Маккена сунул платок за пояс и быстро оглянулся вокруг. Убедившись, что они совершенно одни, он порывисто обнял ее. Его руки сомкнулись на бедрах Алины.

– И ты будешь ждать меня каждый вечер в нашем маленьком домике?

Она кивнула, прильнув к нему.

Густые ресницы Маккены опустились, бросая тень на щеки.

– И будешь тереть мне спину, когда я приду усталый и грязный после работы в поле?

Алина представила его большое сильное тело, склоненное над тазом с водой... его довольные вздохи от горячей воды... его бронзовую спину, сверкающую в свете лампы.