— Ох, я словно вернулась в дни нашей молодости, — ностальгически вздохнула Сузан. — Помнишь, Генри, как ты приглашал меня в “Савой”? Мы ведь там праздновали первую годовщину нашей свадьбы!

— И тебя поташнивало, — улыбнулся судья. — Мы оба подумали, что я съела что-то несвежее, а на самом-то деле оказалось, что я в положении… Всему виной был этот негодник Джон, наш первенец…

У Ситонов было трое детей и целая орава внуков. В выходные они собирались к младшей дочери на семейное торжество. Усилием воли Селина отогнала печальные мысли. В ее жизни семейным праздникам места нет. Это — удел других людей.

Ужин уже подходил к концу, когда судья отложил нож и вилку и тихо заметил:

— Боже, что за совпадение! А вон и Пирз Грешэм!

— Где? — миссис Ситон оглянулась через плечо. — А кто это с ним? Ты ее знаешь?

— Первый раз вижу, — покачал головой судья. Селина тоже пригляделась повнимательнее.

Пирз Грешэм сидел за столиком лицом к ней. Даму его она видела лишь со спины. Но платье выставляло на всеобщее обозрение загорелую спину и волну темных волос, падающих на плечи. Красавица намеренно вырядилась так, чтобы привлекать мужские взгляды. Селина поморщилась, не сознавая, что отвращение откровенно написано на ее лице и что за ней наблюдают.

Девушку огорчала собственная нетерпимость. В глубине души она понимала, что это — последствие психической травмы, нанесенной ей в детстве. Легко ли осознавать, что ты родилась на свет только потому, что отец твой — морально неустойчив, а мать — непомерно честолюбива? Но знать причину собственных реакций — еще не значит обуздать их.

Пирз Грешэм их явно заметил. Едва Ситоны покончили с ужином, молодой человек подошел к их столику, изысканно-вежливый и обаятельный. Мило поболтал с супружеской парой, не сводя глаз с Селины. И под этим испытующим взглядом девушка почувствовала себя крайне неуютно.

— Вы ведь с Селиной уже познакомились, — заметил судья, вовлекая девушку в разговор. — В ее лице твой дядя обретет бесценную помощницу.