Джози. Да-да, надо думать о Джози.
Бесс вытерла лицо и аккуратно повесила полотенце на место.
– Пошли.
Через несколько минут джип Кальдака уже подъезжал к воротам госпиталя. Охранник вышел из будки навстречу машине.
– Держи рот на замке, – предупредил Кальдак спутницу и высунулся из машины. Луч фонаря осветил его лицо. – Открывай ворота.
Охранник явно не торопился исполнить приказание.
– Чего застыл? Ты же знаешь меня! Открывай.
Тревожный взгляд солдата остановился на Бесс.
– Я не получал инструкций относительно женщины.
– Ты только что получил инструкции от меня, – нахмурился Кальдак. – Но если хочешь, можешь позвонить Эстебану. Хотя боюсь, что звонок посреди ночи ему не понравится, – так же, как мне не нравятся бессмысленные задержки.
Солдат поспешно отступил и отодвинул засов. Кальдак нажал на газ, и джип рванулся вперед. Ворота госпиталя закрылись.
– Думаешь, он позвонит Эстебану? Бесс открыла сумку и взяла Джози на руки – ей не нравилось, что девочка все еще спит.
– Возможно. – Кальдак вдавил педаль газа в пол. – Но Эстебан не удивится, когда узнает, что я вывез тебя. Он сам хотел, чтобы все было чисто. Катавасия начнется, когда выяснится, что ребенок исчез, а охранник убит.
По телу Бесс пробежала дрожь. Меньше всего о ее побеге можно сказать, что он прошел чисто и гладко. К тому же не стоит забывать, что она сидит в машине рядом с профессиональным убийцей.
– Куда мы едем?
Кальдак взглянул на нее и неожиданно улыбнулся – впервые за все это время. Однако улыбка у него, как и следовало ожидать, оказалась зловещей.
– Боишься? Это хорошо. Мне и вправду сейчас больше всего на свете хочется свернуть тебе шею. Я мог бы и не убивать того охранника, но тебе же надо было непременно забрать этого сволочного ребенка, так?
– Да, так, – твердо ответила Бесс.
Как ни странно, приступ ярости Кальдака не испугал ее. Она только что видела, с каким жестоким хладнокровием этот человек убивает. Угрозы, пожалуй, не входят в его modus operandi <Modus operandi – образ действия (лат.).>. Если бы он в самом деле намеревался ее убить, он бы сделал это без слов. Значит, у нее есть надежда. Она негромко повторила свой вопрос: