Мэган выпрямилась, собралась с духом и расправила плечи. Она вернется и, если снова увидит его, сделает вид, что с трудом вспоминает, кто это. Сделает вид, что он для нее значит так же мало, как и она для него. Ни за что на свете она не признается ему, как было худо и больно маленькой глупой девочке, какой она была когда-то.

— Мэган?

Она резко повернула голову, и прядки золотистых волос выбились из великолепной прически.

— О, ты так испугал меня!

— Прости меня, дорогая.

Высокий седовласый мужчина, чей решительный подбородок унаследовала Мэган, легко и быстро, как молодой, вошел со стороны своего кабинета.

— Мне сказали, что ты здесь, а дверь была закрыта. С тобой все в порядке?

— Да, отец. Просто… немного болит голова.

— Тебе нужно что-нибудь принять. Может, аспирин? — сразу заволновался он.

— Конечно, ты не беспокойся.

— Ты слишком переутомилась. Готовила этот прием, речь для банкета, посвященного вручению наград, и еще множество других дел… У тебя просто невероятная нагрузка, дорогая.

— Не беспокойся, со мной все в порядке, — глубоко вздохнула Мэган.

— Тебе нужно работать поменьше.

— Конечно, как только я все налажу.

— Что бы я делал без тебя, Мэган? — с любовью сказал отец.

— Ты бы все перепутал. Тебе пришлось бы самому постоянно звонить по телефону. Писать свои речи. Нанять человека, который стал бы расшифровывать твои каракули…

— Все, все, хватит, — засмеялся он. — Я все понял. Разве я не говорил тебе всегда, что без тебя я, как без рук!

— Вот и нет! — Ее внезапно обожгли обидные воспоминания. — Ты как-то назвал меня наивным ребенком. А мне всегда хотелось доказать, что ты ошибаешься. Но, к сожалению, я поняла, насколько ты всегда прав!