Она отодвинула свой стул и уже собралась сесть, когда краем глаза заметила кое-что и застыла как каменная.

Нет, это был не таракан.

Это было… кое-что получше.

Лейни скосила глаза вправо. Потом влево. Потом опять вправо.

Затем не задумываясь незаметно дернула рукой и столкнула с соседнего стола чек — вместе с сияющей золотой карточкой, лежавшей поверх него, — на пол под стол.

Мысленно повторяя себе, что поступает нехорошо, она все же села, ногой подтолкнула счет подальше под стол и, наклонившись, сделала вид, будто подбирает салфетку. Ощутив между пальцами гладкий пластик карточки, она сжала ее, на мгновений прикрыла глаза и стала молить богов кредиток о прощении за то, что собирается совершить.

«Свидетель мне Бог, я больше никогда не буду голодать», — мысленно поклялась она, выпрямляясь и крепко сжимая в руке золотую карточку. Нет-нет. Не тот фильм.

Лейни потрясла головой и подкорректировала обещание. Бог ей свидетель, она компенсирует затраты этому — она посмотрела на золотой «Американ экспресс» — Джексону Данфорту-третьему. Да, она вернет ему деньги, чего бы ей это ни стоило. Хотя, если судить по имени, он и не заметит исчезновения лишней сотни баксов…

Сунув карту в черный футляр для чеков, Лейни поймала взгляд официанта и многозначительно посмотрела на стол. Если официант вернет карточку до того, как мистер Большая Шишка и его малолетняя приятельница вернутся из туалета, никто и не узнает, что она сделала. Кроме нее самой, естественно. Лейни заставила себя улыбнуться, когда Триш представила ее паре за соседним столиком. Они оживленно поболтали о погоде в Сиэтле и сравнили ее с погодой в Южной Флориде. Все со смехом пришли к выводу, что, да, лето во Флориде жаркое, и что, да, на северо-западном побережье Тихого океана очень часто идут дожди. А потом наконец-то появился официант. Лейни наблюдала одновременно и за ним, и за входом в ресторан.