Гараж находится сзади дома, так что мне не пришлось выходить через парадную дверь и наблюдатель не мог меня видеть. Но я-то его хорошо рассмотрел: взял бинокль и устроился у окна на лестнице. Это был высокий, худой мужчина, с тонкими усиками и совершенно окоченевший. А если он провел на улице всю ночь, то не только замерз, но ещё и порядком проголодался. Эта мысль привела меня в неплохое расположение духа и я с аппетитом позавтракал.

— Ты повеселел, — заметила Элин.

— Просто ты очень вкусно готовишь.

— Смеешься? Каждый умеет варить яйца.

— Так, как ты — никто!

На самом деле, меня перестали мучить угрызения совести. Хотели убить меня, я опередил убийцу, вот и все. Теперь нужно, чтобы Элин оказалась в безопасности, а остальное — уже совсем мелочи.

— Я полечу одиннадцатичасовым рейсом, — сообщил я, допивая кофе. Так что у меня ещё достаточно времени, чтобы тут все убрать. А ты собирайся.

Я спустился вместе с Элин в гараж и крепко поцеловал её на прощание. Она пристально посмотрела на меня и тихо спросила:

— У тебя правда все в порядке, Ален?

— Странный вопрос. Конечно, в порядке.

— Женская интуиция, дорогой мой. Ну, увидимся в Акурейри.

Я помахал вслед джипу и быстро огляделся по сторонам. Ничего подозрительного поблизости не наблюдалось, тогда я вернулся в квартиру к окну гостиной. Наблюдатель был на месте, похоже, он и не подозревал об отъезде Элин. У меня будто камень с души свалился.

Вымыв посуду, я приступил к главной своей задаче. В футляр от фотоаппарата спрятал проклятую посылку, которая там отлично поместилась. Теперь уж я не расстанусь с этой штуковиной до последней секунды. Потом вызвал такси и отправился в аэропорт. Это вызвало определенные действия моих неведомых оппонентов: почти одновременно с такси подъехала машина, которая и сопровождала меня до самого аэропорта. По-видимому, мужчина, следивший за домом, продолжил свое занятие.