— Конечно, благоразумнее! Ведь по обледеневшим дорогам очень опасно ездить так быстро, как ты любишь.

Отец улыбнулся.

— Я всегда спешу вернуться к тебе, мое сокровище!

Бенита села к нему на колени и обвила его шею руками.

— Я тоже считала минуты до твоего приезда, папа!

Единственное, чем отец с дочерью были похожи, — это ярко-голубые глаза.

Изящные черты лица, хрупкое сложение Бенита унаследовала от матери.

— Я никогда не встречал женщины красивее, чем твоя мать, — однажды сказал Бените отец. — Я сразу понял, как только вошел в бальный зал, что это единственная девушка, на которой я хотел бы жениться. Я был готов бороться с самим небом за право назвать ее своей.

— Как романтично, — воскликнула тогда его дочь.

Сейчас отец смотрел на Бениту и с болью в сердце узнавал золотые волосы и нежную кожу мраморной белизны, которые отличали ту женщину, что когда-то стала его женой.

Не подозревая об этом, Бенита унаследовала поразительную красоту своей матери.

Но и сам майор Ричард Гренфел был очень хорош собой.

Только волосы на висках рано начали седеть да боли, которые мучали его после ранения, проложили на лице глубокие морщины.

Но прямой нос, высокий лоб и твердый подбородок неопровержимо свидетельствовали об аристократическом происхождении майора.

— Чем ты был занят, папа? — спросила Бенита, нежно прижимаясь щекой к его плечу.

— Именно об этом я хотел поговорить с тобой, дорогая, только давай сядем поближе к огню, мне что-то холодно сегодня.

Бенита соскользнула с его коленей и с беспокойством посмотрела на отца.

Обыкновенно он не жаловался ей.

Конечно, девушка знала, что боли, которые причиняли старые раны, зимой усиливались. И дышать ему в холод становилось труднее.

Зимой майор говорил тихим хриплым голосом.