Однако ее вопросы были встречены странным молчанием. Это заставило Келли вглядеться в него повнимательнее. Она снова поймала себя на мысли, что где-то его видела. И опять удивилась, насколько он высок — колени упирались ему в грудь, иначе он не поместился бы в машине. Плечи были широки и круты, в руках чувствовалась сила.

Но почему-то его присутствие стесняло ее. Как будто вокруг него была аура, некое поле, не дававшее приблизиться к нему. Волосы у нее на голове зашевелились. Она вспыхнула.

— Вы ведь знаете, кто я? — спросил он с усмешкой.

Уж лучше бы он молчал! Ничто не могло уколоть Келли больнее, чем эти отдающие самолюбованием слова Больница, в которой она работала, находилась в богатом предместье Сент-Луиса, а потому высокомерные вопросы типа «А вы знаете, кто я такой?» — ей приходилось выслушивать изо дня в день Он допустил непростительную ошибку, попытавшись завязать беседу подобным образом.

— Меня это не интересует, — холодно бросила Келли и круто свернула к обочине.

К ее удивлению, незнакомец искренне обрадовался, хотя большинство людей на его месте обиделись бы.

— Вот и чудесно — сказал он, смеясь.

Его глаза светились озорством. Однако досада Келли еще не утихла — и все из-за того злополучною вопроса. Каждое его движение или слово, даже нелепый вид в ее шляпке отзывались в ней воспоминанием. Черт побери, она знает его. Только никак не может вспомнить откуда. Как бы то ни было пауза слишком затянулась. Ей нужно выпутываться из этой глупой истории.

— Ну ладно, — проговорила она, сдерживая раздражение, и кивнула на оживленную вечернюю улицу. — Вы оторвались от своих преследователей и теперь спокойно можете возвращаться домой.

Он повернулся к ней и извиняющимся голосом возразил.

— Не могу. Там меня найдут. Мне лучше пока туда не возвращаться.