Утомленный человек с невольной завистью подумал, с каким наслаждением он срывал бы с петель высочайшие московские двери, обладай хоть десятой частью состояния Романа Литичевского. Но иная мысль посетила вдогонку: он отказался бы и от целого, если бы, в нагрузку к многонулевым счетам в крупнейших банках мира, полагалось взять в законные супруги леди Александру.

Роман Алексеевич Литичевский сидел на довольно жестком стуле за огромным с закругленными углами столом в комнате переговоров офиса компании «Као Корпорейшн» в городе Осака.

Стены офиса были белыми, как таежный снег, полы, в отличие от стульев, довольно мягкими – передвигаешься бесшумно, будто в тапочках. Окна выходили на довольно оживленную магистраль. Даже изрядно повидавший на своем веку Роман всякий раз, попадая в Японию, не переставал удивляться их своеобразным представлениям о гармонии, равно как и удивительной способности, не утраченной с годами: на стыке тысячелетий, в напичканном стеклом, железом и электроникой мире, по-детски умиляться корявому сучку в глиняном горшке.

Но удивляла Япония не только этим. Расположенная на хвосте Земли, эта страна, несмотря на головокружительные достижения цивилизации, ревниво охраняла свой вековой консерватизм, поплевывая на весь остальной мир с высоты третьего этажа автодороги. Это вам не кичливая Америка с ее «продвинутым» феминизмом и секс-скандалами, и не меланхоличная скучающая Европа, тихо павшие под азиатским натиском выходцев из агрессивно-демократической России… То ли японцы были слишком уж богобоязненными и добропорядочными, то ли местная якудза свято чтила нерушимость своих границ, но ежели у тамошних «деловых» появлялась хоть тень сомнения в честности лица, физического или юридического, претендующего на партнерство, если океанский ветер доносил самый слабый запашок криминала, – любые контакты, какую бы прибыль они ни сулили, пресекались в один прыжок секундной стрелки, будь то крутейший «Роллекс» или расхожий «Ориент».