У мужчины был вид человека, который совершенно сбит с толку.

— Но это имя мне совершенно незнакомо. Скажите, когда она останавливалась у нас?

— Два дня назад. Сестра звонила мне из этой самой гостиницы. Поэтому я точно знаю, что она была здесь. Потом я отправила ей телеграмму. Должно быть, она получила ее. Пожалуйста, загляните в записи и проверьте, не оставила ли она сообщения для меня, Лидии Харрис.

— Мадам, я действительно не припоминаю такого имени, но ради вас еще раз проверю.

Здесь было что-то не так. Поведение этого человека или смутное подсознательное ощущение подало сигнал тревоги. Я почему-то была уверена, что он не скажет ничего обнадеживающего об Адели. Я оказалась права.

— Извините, мадам, но в нашей гостинице никто под именем Адель Харрис никогда не регистрировался. Возможно, она остановилась в другой гостинице Рима.

— Нет, сестра останавливалась в отеле «Резиденс Палас», — спокойно сказала я. — Она разговаривала со мной, вероятно, из этого же вестибюля. Я уверена. Сестра отправила мне посылку, на которой значится адрес гостиницы. Мне бы хотелось, чтобы вы еще раз проверили. Пожалуйста, на этот раз проверьте повнимательнее.

— Разумеется, мадам. Извините меня.

На этот раз он исчез и, пока его не было, я облокотилась на стол и еще раз оглядела вестибюль. Японцы, видимо, собирались на экскурсию. Из находившегося по соседству ресторана слышался стук посуды и обрывки разговора припозднившихся туристов. На стенах висели большие витиевато украшенные зеркала и старинные гравюры с изображением римских археологических раскопок.

Не знаю, как это объяснить, но что-то привлекло мое внимание к мужчине в холле. Он был немного выше меня, хорошо одет, смуглее, чем большинство итальянцев; огромные солнцезащитные очки закрывали часть лица. Он лениво прислонился к стене и читал какую-то итальянскую газету.