Отец…

Сара вернулась в Джорджтаун всего три дня назад, будучи твердо уверенной, что на пристани ее встретит радостный отец. Ведь недавно состоялась ее помолвка с лордом Норманом Шефилдом из «Шефилдской стальной компании». Сара надеялась, что отец будет сопровождать ее в Англию, чтобы присутствовать на свадьбе дочери. Вместо этого ее встретили угрюмые лица чиновников, сообщивших о его смерти.

Сначала Сара отказалась этому верить. Ее отец умер? Видимо, это какая-то ошибка. Затем, когда мрачные незнакомцы проводили ее домой и ненадолго открыли гроб, чтобы дать взглянуть на мертвеца, девушка отказалась это сделать. И только когда она осталась одна в своей комнате, реальность дошла до ее сознания. Сара вернулась к гробу и потребовала снова открыть его. Затем потрогала отцовскую руку и поцеловала его пальцы.

И только когда она стала постепенно выходить из шока, ей пришлось столкнуться с более страшными реальностями. Коллеги отца сообщили, что он случайно застрелился из собственного ружья. Но когда встала проблема погребения по христианским обрядам, они неохотно допустили, что роковой выстрел мог быть произведен преднамеренно, с целью самоубийства.

Боже правый, Сара не могла в это поверить. Она стояла перед викарием и отвергала его подозрения о самоубийстве как абсурд! Ее отец слишком любил жизнь и никогда бы добровольно не причинил дочери такую боль! Это, должно быть, было случайностью, ожесточенно спорила Сара, и священник, который был явно не в своей тарелке, в конце концов согласился с ней и позволил похоронить Честера Сент-Джеймса в освященной земле.

Вопреки уверенности в том, что ее отец не совершал самоубийства, девушка время от времени возвращалась к письму, которое вызвало ее поспешное и внезапное возвращение в Гвиану. Она искала какого-нибудь намека, объясняющего такой страшный поступок. Отец помногу и часто вкладывал деньги в сулящие быстрое обогащение прожекты, благо, что земля Бразилии была полна великими богатствами.