Даже с закрытыми глазами он знал, что скоро рассвет. Воздух был свеж и чист. Шум ночных тварей сменился на симфонический концерт утренних птиц, хриплые крики обезьян, а также на резкие хлопки курупиры, дикого духа леса, который производит все те шумы, которые не в состоянии объяснить человек.

Где же, черт возьми, он оказался?

Запах кофе дразнил ноздри, мало-помалу к Моргану возвращалась память. Он убежал от Родольфо Кинга и два последних дня скрывался от нанятых каучуковым бароном убийц. Затем где-то близ Рио-дас-Мортес он вышел прямо на свирепых индейцев. И как раз, когда казалось, что Морган Кейн закончит жизнь от отравленной стрелы, прилив унес его вверх по реке. Он был спасен розовым дельфином и выхожен неким англичанином.

– Ну, вот вы наконец и проснулись, – донесся до больного голос незнакомца.

Морган успокоено открыл глаза. Он ощупал полосы ткани, которыми была перевязана его голова, и понял, что повязка – это все, что осталось от его рубашки.

– Одежда все равно изодралась в клочья, а ваша голова нуждалась в особой заботе. Надеюсь, вы не против.

Морган сделал все возможное, чтобы сосредоточиться, но не смог. Нет ничего чернее дождливого леса накануне того момента, когда солнечный свет пробьется сквозь густую листву высоченных деревьев. Где-то невдалеке плясало желтое пламя костра, и Морган вновь расслабился.

– Можете сколько угодно утверждать, что это не мое дело, старина, но я не мог не заметить рваных ран у вас на спине. Вы получили их часом не от Кинга?

Морган закрыл глаза. В голове у него запульсировало.

– Что вы делали в Жапуре? – спросил англичанин. – Как вас угораздило связаться с этим дьяволом?

Настойчивость незнакомца разозлила Моргана.

– Я нанялся к Кингу год назад в Белене. Он сказал мне, что я буду иметь долю в прибыли, что через один сезон я заработаю столько, что смогу жить в Белене словно лорд.