— Тебе же только с понедельника на учебу, — не унимался дружок, бежа за мной, да едва не наступая на пятки.

— И что? — издевается? Еще чуть-чуть и выйду из себя. Какая ему хоть разница?

Я ступила еще один шаг и застыла. Застыла в нерешимости.

— Привет.

Удивительно, но я "его" спугнула.

Резко развернулся. Уставился мне в глаза.

Я ждала улыбки, ухмылки, насмешки, но лицо по-прежнему оставалось каменным.

— Здравствуйте, мисс Грейс.

Было сложно верить своим ушам. И глазам.

Равнодушие.

Было сложно дышать.

Апатия.

— Эмиль, — робко позвала я.

— Проходите, присаживайтесь, сейчас будет звонок.

Уж лучше клыки в шею, чем эта холодность. Пуля в лоб. И чтобы не дергалась.

Я все еще смотрела ему в глаза, но ни единая эмоция на его лице не выдала все то, что было между нами. Когда-то было…

Другой человек.

Ноги подкосились, и, если бы не Браян, то я точно бы развалилась на полу.

— Пошли, Габ. Не стоит…

Да откуда тебе знать… что стоит, а что нет?

Я едва сдерживала слезы.

Только бы не разреветься.

Уж лучше бы я сдохла, как собака, в том туалете под батареей, чем вот так.

Все один час и двадцать минут я смотрела на него, в его глаза, и пыталась отыскать среди голубых льдин своего Эмиля. Но там было пусто. Там не было ничего, ничего… моего.

Едва прозвенел звонок, как Готье сгреб свои листочки в кучу и моментально вылетел из кабинета.

Словно я прокаженная, больная.

Я сидела в нерешимости.

Действительно, все оборвалось. Все, о чем я думала, на что рассчитывала — исчезло. Растворилось. Вымерло.