Их соорудили очень давно в качестве временного жилья для рабочих строящегося завода. Но, как гласит известная поговорка, «нет ничего более постоянного, чем временное». Кто-то получал квартиры, но жилья, как правило, на всех не хватало, и люди продолжали жить в этих строениях без каких-либо удобств. Барак, в котором жил Кай с семьей, находился на самой окраине поселка. За ним тянулся овраг, превращенный в свалку. Рабочий день уже закончился, жители сидели на лавочках, пили пиво и перебрасывались замечаниями. К девушкам никто особо не цеплялся, хотя они явно были здесь чужими. Создавалось ощущение, что обитателям бараков все равно, кто они и зачем оказались в их поселке. Подруг это устраивало. Особенно Леру. Она знала резкий характер Яны и боялась каких-либо инцидентов, тем более та сейчас находилась в крайне взвинченном состоянии.

Приблизившись к крайнему бараку, Яна остановилась. Она явно пыталась успокоиться.

– А может, ну его, этого Кая? – вдруг сказала Лера. – Пошли отсюда, а?

– Ты чего? – возмутилась Яна. – Ехали в такую даль и сейчас развернуться и уйти ни с чем?

– Да не такая уж и даль, – улыбнулась Лера. – Всего-то минут двадцать на маршрутке.

Она огляделась и поежилась. Солнце уже садилось, темный силуэт длинного барака, возвышающегося на краю оврага, показался ей каким-то зловещим. За ним расстилалось поле, огненный шар уже почти закатился за линию дальнего леса и окрасил все окружающее пространство в красновато-серые тона. Из оврага тянуло какой-то сырой вонью, и Лере захотелось уйти отсюда как можно скорее.

– Ты вот что, – решительно начала Яна, – посиди здесь! А я в барак наведаюсь! Выясню, приехал ли Кай. Если нет, то буду ждать его до тех пор, пока он не вернется.

– Не останусь я здесь, – возмущенно ответила Лера. – Там какая-то подвыпившая компания, не видишь, что ли?

И она махнула рукой в сторону группы мужчин, сидящих между соседними бараками и что-то громко обсуждающих.