— «Ручка»?

— Убийца. И к тому же он всегда знал, кто дает ему заработать на хлеб. Он поднимался по лестнице до тех пор, пока не решил снова вернуться к старым друзьям. Ему не следовало оставаться там, где он был.

— Говорят, что он делал кому-то любезность, стреляя в меня.

Тоби встал и подошел к окну.

— А почему бы и нет? Делать любезность — это дает повышение по службе и вес. Это доказывает…

— Это доказывает, как быстро могут тебя убить.

Он медленно отвернулся.

— Я что, тоже попал в эту кашу?

— Кто такой Декерсон?

— Никто не знает. Только то, что он большой человек.

— Деньги?

— Думаю, да.

— Кто заменит «Ручку»?

— Кто сможет удержать это место. Я бы сказал: Дел Пеннер, уж очень он рвался. Он засыпался десять лет назад, потом отправился в Чикаго, потом был сутенером в Майами и здорово поддерживал «Ручку».

— Тогда, может быть, нападение «Ручки» на меня было совершено, чтобы доказать свои способности?

— Любезность никому не вредит.

— Она убила «Ручку».

— Тогда это значит, что он не знал… что это ты.

Я долго смотрел на него в упор, пока он не отвернулся, пожав плечами. Когда он высосал пиво до конца, то буркнул:

— Говорят, это было по личному вопросу, он делал одолжение для кого-то. Ты был неожиданностью. Это тебя не касалось. Это было что-то другое. Вот и все, что я знаю. И вообще, я ничего не хочу знать. Дай мне зарабатывать деньги другим способом и держись от меня подальше, умоляю тебя.

— Почему?

— Теперь ты влип, парень. Все знают, все ищут.

— У меня такое уже бывало.

— Но не так, как теперь. — Он посмотрел на пустую жестянку и решился. — Ты когда-нибудь слыхал о Маре Кания?