Как только он достиг забора, Джиджи атаковала босые ноги, свешивавшиеся с топчана. Женщина с визгом вскочила.

Нил ошарашенно уставился на нее. Соседка вовсе не была престарелой. Молодая и, более того, сногсшибательно, головокружительно хороша! И совершенно обнажена. Не считая кольца на пупке, наушников и солнечных очков — но это нельзя было принимать в расчет.

Нил изо всех сил пытался сосредоточиться на лице женщины. Это было чертовски трудно. Она сняла наушники.

— Насколько я понимаю, вы мой новый сосед, и это принадлежит вам — Она кивнула в сторону Джиджи, которая старалась залезть на топчан. В явно южном протяжном говоре незнакомки слышалось нечто большее, чем удивление.

Она не спеша вытащила полотенце из-под собаки, уже топтавшейся на топчане, и завернулась в него, как в сари, завязав узел в ложбинке на груди.

А затем, сдвинув очки на кончик носа, стала рассматривать его. Она, казалось, была больше удивлена, чем смущена. Несмотря на то, что минуту назад эта женщина стояла перед ним совершенно нагая, она была абсолютно спокойна, сдержанна и собранна. Нил же, полностью одетый, казалось, не мог выдавить ни слова. Наконец взгляд ее искрящихся голубых глаз вдохновил его на разговор.

— Ах, да. Извините. Мы ваши новые соседи.

Познакомьтесь — это Джиджи. Она очень активная, а умом не блещет. Извините, что… побеспокоили вас.

— Ничего — я не собиралась загорать дольше. Чего было больше в ее улыбке — дружелюбия или насмешки, он так и не смог определить.

— Да. Плохо было бы получить ожог. — Лучше бы он промолчал! Лезет со своими нотациями, когда не просят!

Женщина улыбнулась и кивнула.

— Подождите минутку, я сейчас встречу вас у калитки, чтобы вы смогли забрать Джиджи. — Она направилась к дому, представив его взору такой же впечатляющий, покрытый полотенцем зад. Некоторые мужчины любят тощих, как трость, женщин. Он к таким не относился. И его соседка была явно не похожа на тростинку.