Две недели он трудился по вечерам, запираясь в спальне, а уходя на работу, брал с собой ключи.

Ни она, ни дети не могли ничего увидеть до окончания работы. Когда же такой день настал, он предварительно завязал ей глаза, и Джо было позволено оценить его произведение. Сняв повязку, она увидела стены, потолок и ковер – все одинаково нежно-розовое.

– Очень розово, – только и смогла вымолвить она.

Конечно, через пару лет вся розовость покрылась пятнами. Дети быстро привели комнату в надлежащий вид. Она переделала ее по-своему, и Джеф безоговорочно признал ее вкус и талант. К тому же дела ее шли успешно. Теперь она считалась модным, но при этом не очень дорогим дизайнером. Круг клиентов так расширился, что она выбирала только тех, кто жил поблизости. Джо стала популярной, особенно среди молодых работающих пар, которым некогда было самим что-то придумывать, но желавших жить красиво и стильно.

Свою гостиную Джо богато оформила в красных и золотистых тонах. Она много времени потратила на подбор цвета и обстановки, ей хотелось, чтобы комната, в которой она с мужем будет проводить вечера, стала теплой и уютной. Сейчас это казалось насмешкой.

– Ты любишь меня? – вдруг спросил Джеф, в упор глядя на нее.

– Что ты имеешь в виду? – Вопрос застал ее врасплох.

– Это не такой уж сложный вопрос, лапочка, – мягко сказал он.

«Лапочка! Он не называл меня так уже много месяцев, а может, и лет», – подумала Джо, чувствуя, как в горле растет ком.

– Конечно, я тебя люблю. Ты отец моих детей, – сглотнув, ответила она. Джо тут же поняла, что без этого добавления уже не может воспринимать их отношения.

Джеф помрачнел. Он уставился на свои ноги.

– Этого мало, Джо. – Он покачал головой. – Я не хочу жить с тобой только потому, что у нас есть дети. Забудь о них на мгновение. И скажи, ты действительно любишь меня по-настоящему и не можешь без меня жить?