Так будет. Больше Михаэль не отступит.

Но не сейчас. Нет, еще рано.

Будь он нетерпеливым смертным, чей век столь быстротечен — мужчина бы спешил. Но Вечный, мог позволить себе растянуть удовольствие, смакуя все его нюансы. Он мог …

Что, дьявол его побери, позволяет себе этот чех?!

О, он только что подписал себе смертный приговор. И Михаэля не волновало, что тот не мог понимать этого. Чех был предупрежден.

Его кровь будет утолять его голод. Он позаботиться об этом. Но не подарит мужчины легкой смерти. О нет, она будет ужасна и мучительна. Михаэль умел вытаскивать на лунный свет самые темные кошмары любого сознания. И он, с удовольствием, покажет это умение чеху.

Как смел он касаться плеч Сирины?! Как смел скользить своими пальцами, приближаясь к ее волосам?!

Ей не было приятно это касание. Не могло это, пачкающее прикосновение, понравиться девушке. И не от того, участился ритм ее сердца… Вампир чувствовал неуверенность и сомнения в ней.

Она была его! Никто не имел права прикасаться к тому, чего желал Михаэль.

Никто.

Он имел силу и власть, чтобы утверждать это.

Пламя взвилось в черноте, и тьма забурлила в нем, желая вырваться на волю. Он услышал порывы ветра, ударившие в стены, и унял эмоции, почти…

Лампочки над несколькими столиками вспыхнули, перед тем, как взорваться, осыпая с мелодичным звоном, посетителей осколками. Начался беспорядок, сопровождающийся, столь любимой смертными, метушней и криками.

Он использует момент, который сам и создал. Не сумев полностью удержать гнева. Но, и из своих просчетов, Вечный умел извлекать толк.

Его глаза пробежались по соседям Сирины, и остановились, создавая контакт, подавляя волю. Он был вампиром. И умел этим пользоваться.

***

Сирина не заметила, когда ушел Алекс. Ее внимание было отвлечено начавшейся неразберихой из-за нескольких лопнувших лампочек. Очевидно, в сети был скачок напряжения. Интересный, избирательный феномен. Отчего были повреждены только эти лампы? Дефект стекла? Слабина в нити накаливания?