– Отцепись! – отрезала Девон. Она приблизилась к Райану, лицо ее горело. – Хватит! Это все из-за тебя! Это ты… тупое, лицемерное животное!

Райан затряс головой, морщась и от ее слов, и от боли в челюсти.

– Послушайте, леди, я стараюсь сделать все, что в моих силах, пытаюсь вести себя как джентльмен, но…

– Зачем терять время, стараясь изобразить из себя не того, кто ты есть на самом деле?

Глаза Райана сузились от злости. Он посмотрел на нее долгим взглядом, а затем повернулся к менеджеру, который с услужливым видом стоял рядом.

– Все правильно, девушка ударила меня, на глазах у всех, – строгим голосом произнес он. – Увольте ее.

– Уже сделано, – подобострастно сказал коротышка и бросил холодный взгляд на Девон. – Я повторяю, мисс Франклин, с вами покончено.

Девон переводила взгляд с одного мужчины на другого. Неужели они думают, что она – какая-то вещь, о которой можно говорить в ее присутствии, будто ее и нет рядом?

– Со мной покончено, говорите? переспросила она и отрывисто рассмеялась. Одним быстрым движением она демонстративно сдернула темно-красную накидку с плеч, и ткань плавно опустилась у ее ног. – Вот вам мой совет, мистер Девиль: лучше идите и покончите с собой!

Прежде чем мужчины опомнились, она резко повернулась и зашагала прочь.

Это была, пожалуй, самая длинная дорога в ее жизни – вверх по ступеням на бельэтаж, а затем в раздевалку. Она почти физически чувствовала на себе все эти взгляды, как буравчики ввинчивающиеся в нее; она знала, что зрители видели ее всю: платье, в которое ее втиснули и которое представляло собой лишь две тонкие полоски ткани, да обтягивающий черный шелк, да эти дурацкие черные лакированные туфли на высоком каблуке.

И все-таки она шла, гордо расправив плечи и подняв голову, пока наконец не оказалась в раздевалке. Там она сбросила платье, пинком отшвырнула туфли, облачилась в свою привычную одежду и через служебный вход выскочила на улицу.