— Такая жизнь не для меня, — просто ответила Сильвия. — А что до зачатков таланта, так я затем и пришла, чтобы мисс Бьюмонт решила, — она посмотрела на пожилую даму, — соответствую я ее требованиям или нет.

— И мне просто не терпится вас послушать, — отозвалась Патриция Эсперанса, ободряюще улыбаясь молодой женщине. — Если вы и впрямь такая замечательная исполнительница, как явствует из записи… — мисс Джермейен Бьюмонт перевела взгляд на племянника, — то, пожалуй, стоило бы пригласить Сильвию играть и на твоей свадьбе, Висенте, дорогой.

Воцарилась гробовая тишина. Все застыли неподвижно подобно безжизненным статуям. И Сильвия впервые поняла, что за столом царит напряженность, к ней ни малейшего отношения не имеющая. Или, может, ситуацию усложняет уже одно ее присутствие? Молодая женщина поднесла к губам бокал с водой и жадно отпила. Что бы ни происходило между этими тремя, как хорошо, что ее, Сильвию Морено, проблемы семьи Бьюмонт не касаются.

Оливетт Колдуэлл негодующе воззрилась на жениха, явно требуя поддержки и помощи. Винсент неуютно заерзал.

— Абуэлита, милая, — обратился он к Патриции Эсперансе, не без задней мысли прибегая к ласковому испанскому обращению «бабуля», как называло ее все молодое поколение большого семейства. — Мы ведь все это уже сто раз обсуждали. Оливетт вообще не хочет никаких музыкантов. Фирма, занимающаяся устройством банкета, загодя подготовит магнитофонную запись, — напомнил он, всем своим видом изображая христианское долготерпение.

— Чего хочет Оливетт, я уже слышала, — с холодным достоинством отозвалась пожилая дама. — А вот чего хочешь ты, мне услышать так и не довелось.

— При подготовке свадьбы, как известно, принято во всем уступать будущей новобрачной, — возразил Винсент, слегка поморщившись. Демонстративная неприязнь тети явно действовала ему на нервы.