Ей стало жарко. Он был таким надежным! Непоколебимым, как скала, таким твердым, как будто был изваян из гранита.

Она попыталась отстраниться, но оказалось, что у него были другие намерения.

Он удержал ее. Он не сделал ей больно, но Джулианна остро чувствовала эти сильные руки, обхватившие ее за плечи.

— Вы были в дилижансе одна, — вдруг сказал он. — Почему?

Джулианна посмотрела прямо ему в глаза.

— Я в таком возрасте, сэр, что уже не нуждаюсь в провожатых.

— И всегда вы разъезжаете без гувернантки?

— Моя гувернантка заболела. Я отослала ее обратно в Лондон, — спокойно сказала она.

— И куда вы ехали? Джулианна вздернула подбородок.

— В Бат, — сказала она. — К себе домой.

— Кто ждет вас там? — Вопросы следовали один за другим, как выстрелы.

— Мой муж.

Его глаза сузились. Прежде чем она сумела остановить его, он взял ее руку и поднес ближе к глазам.

— Вы не носите обручальное кольцо и никогда не носили, — с уверенностью произнес он. — У вас, леди, нет мужа, и вы не помолвлены.

Ей стало страшно.

«И все же он ошибается», — зло подумала она. Когда-то она была невестой и носила кольцо, подаренное ей Томасом…

— Я еще раз спрашиваю. Кто ждет вас там? Паника охватила ее. Джулианна попыталась скрыть это.

— Говорю вам, мой м…

— Моя дорогая, — веско сказал он, — я человек с обостренным инстинктом. От него зависит моя жизнь. Моя жизнь зависит от того, насколько хорошо я умею читать по лицам людей. И то, что я читаю на вашем лице, говорит мне, что вы лжете. Никто не ждет вас. Поэтому прошу вас не оскорблять меня попытками обмануть.

У Джулианны было чувство, как будто на грудь ей легла неимоверная тяжесть. Боже мой, он нрав. Пегги будет думать, что она уже в Бате. Слуги в Бате не знают, что она выехала туда. Если кто-нибудь из братьев заедет к ней и поинтересуется, где она, ему скажут, что она в Бате. Никто не знает, где она. Ни один человек.