Однако реальная жизнь – не рекламный ролик. Мне не удалось убедить себя в том, что можно быть одновременно толстой и красивой. Конечно, я изо всех сил цеплялась за эту мысль как за философию, лишь бы не садиться на диету, но толку было немного. Прошли годы. Я выросла. По утрам, стоя перед зеркалом и тщательно нанося макияж, я старалась смотреть только на свое лицо и волосы. Старалась не обращать внимания на тело, хотя никогда не забывала, что оно там, внизу, грузное и бесформенное. Я ненавидела свое тело, хотя не признавалась в этом даже себе...

Смахиваю со своих спортивных брюк крошки от диетической булочки с голубикой и слышу где-то за спиной детские крики и стремительно приближающийся топот. Я оборачиваюсь и вижу, что сзади ко мне бегут три существа – одно совсем крохотное, недавно из пеленок, другое постарше, лет трех, с копной удивительно рыжих волос, а третье – лет шести и поэтому немного серьезнее первых двух. Их мать, высокая изнуренная женщина, одета скромно, но довольно элегантно. Она лихорадочно переводит глаза от тротуара к магазинам, от магазинов к дороге, от дороги снова к тротуару, а ее длинные пальцы отчаянно пытаются удержать детские ручки, которые совсем не хотят, чтобы их держали.

Я снова поворачиваюсь к своей чашке и делаю осторожный глоток, однако кофе уже не обжигает язык. Сидя под большим ресторанным зонтиком, который защищает меня от раннего воскресного солнца, я закрываю глаза и пытаюсь вновь обрести чувство умиротворения. Сбоку кто-то отодвигает стул. Я открываю глаза и вижу, как встает парень за соседним столиком. Его счастливая в неведении подружка тоже встает, и они торопливо удаляются от детского гомона вниз по улице. Я представляю, как поднимаюсь со стула и кричу им вслед: «Эй, Широкие Бедра, не будь дурой! Ему нельзя доверять!»