И ведь ее предупреждали.

– Пеппер, ты уверена, что это хорошая мысль? – поинтересовался ее бывший преподаватель из школы бизнеса. – Задумка мне нравится. Но что будет, когда узнает твоя бабушка?

А она ответила, так беспечно, с такой убежденностью:

– Ничего.

– Ты уверена?

– Абсолютно.

– Миссис Калхаун не сочтет это предательством по отношению к «Калхаун Картер»?

Пеппер рассмеялась.

– У «КК» есть филиалы во всех крупных городах и в пяти странах. В сравнении с «КК» моя «Мансарда» – мелкая рыбешка. Нет… еще мельче. Как планктон рядом с китом.

– Я говорю не об этом, – сухо возразил преподаватель. – Я имел в виду не только конкуренцию.

– Ну ладно. Может, сначала она и взбрыкнет. Но смирится со временем. Она ведь знает, что я должна самоутвердиться.

– Знает?

– Ага, – сказала Пеппер с уверенностью женщины, которую Мэри Эллен Калхаун называла своей маленькой принцессой. – Моя бабушка хочет мне только добра. Она меня любит.

Преподаватель больше ничего не сказал. Пеппер ему посочувствовала: мало приятного, когда тебя побеждает в споре собственная ученица. Она даже пригласила его на ужин, чтобы подсластить пилюлю.

И как же она ошибалась.

Впервые она поняла, что все ее планы пошли кувырком, в тот день, когда Эд ее похитил.

Она не боялась. Естественно, не боялась. Эда Иванова она знала всю жизнь. И вообще, Калхауны не из пугливых.Поэтому Пеппер сохранила голову на плечах и осталась невозмутимой.

– К чему все это, Эд?

Он лишь головой покачал. При таком шуме это было простительно.

Пеппер взглянула вниз на незнакомую холмистую местность и попыталась понять, где находится. Далековато от Нью-Йорка. Эд усадил ее в вертолет, пообещав устроить встречу с потенциальными инвесторами. Естественно, Пеппер согласилась, не раздумывая.