На них возлагались в основном церемониальные обязанности. Отец как глава семьи на время праздников выполнял и функции семейного жреца. Накануне они провожали домашнего бога очага Цзаована, который должен был отправиться с отчетным докладом о семейных делах прямиком на Небо, к Яшмовому императору - верховному божеству, повелителю человеческих судеб. Поэтому постарались его заранее задобрить, чтобы доклад был благожелательным. Мать даже на всякий случай слегка смазала медом рот на лубочном изображении бога, висящем в домашней молельне, чтобы его слова перед Всевышним звучали слаще. Перед изображением положили сладости - пирожные, конфеты, засахаренные фрукты, - налили чарку вина и чашку чая и поднесли особые жертвенные деньги, имитирующие слитки серебра и доллары.

Для отца исполнение самого ритуала проводов было достаточно несложным отбить несколько поклонов Цзаовану и произнести нехитрую молитву "Поднявшись на Небо, говори о хороших делах" и "Вернувшись из Дворца, ниспошли удачу и счастье".

А с утра всей семье полагалось начать день с церемонии поклонения душам предков. Поминальные таблички с их именами стояли в старинной фарфоровой вазе в домашней молельне. Потом следовало праздничное застолье, после которого младшие члены семьи должны были совершить церемонию поклонения родителям. Ну а остаток дня уходил на поздравление других родственников и знакомых. Эти поздравления, обмен подарками, а также праздничные гуляния обычно продолжались две недели, до Праздника фонарей, которым и завершались новогодние торжества.

На праздничных гуляниях пришлось попотеть ее младшему брату Майку, которого в семье звали Сяотун. После многодневных тренировок в этом году он впервые участвовал в прилюдном исполнении танца дракона, таская вместе с группой сверстников на шестах длинное извивающееся туловище дракона, как бы играющего с жемчужиной.

В этом году брат поступает в колледж, и ему удалось отстоять свой собственный выбор после долгих и серьезных баталий с отцом по поводу профиля и места учебы.