В ее вспыхнувших глазах не было ничего нежного, и он рассмеялся, отчего грубые линии лица приятно смягчились.

– А очки-то дорогие – авторская работа. Не хотелось бы потерять их или повредить.

Он сунул руки в карманы и прислонился к низкому каменному парапету, за которым открывался волшебный вид на залив Хаураки. Субботнее утро было прекрасным, дул легкий бриз, и море белело от парусов рыбачьих лодок и спортивных яхт. В далекой дымке виднелись очертания Малого Барьерного острова, примерно третьего по величине птичьего заповедника в архипелаге Вайкики.

– Знаете, существуют товары без фирменного знака, качеством не хуже, а стоят вполовину меньше…

– Благодарю вас, но, когда мне понадобится лекция по экономному ведению хозяйства, я обращусь к своему счетоводу. Это такие очки, какие мне хотелось купить. А теперь не могу ли я получить их обратно?

– Но куда же вы их положите? – Серебристые глаза окинули ее хлопчатобумажный саронг. – Пускай побудут у меня в кармане. Получите их обратно, когда мы расстанемся.

– У вас это звучит как бракоразводный контракт, – пожаловалась Мэгги, инстинктивно затягивая потуже узел над левой грудью, удерживающий саронг.

– Я не верю в разводы. Что до контракта, то лучше считайте это просто формой вымогательства.

– Следует ли мне сделать вывод, что вы вдовец? – осмелилась поинтересоваться Мэгги. Последние дни Финн очень много говорил о Лори, но о настоящем и их общем будущем; ее прошлое оставалось в тумане. Впрочем, как-то он упомянул, что Лори не любит говорить о матери. Для Мэгги это было знаком какого-то неблагополучия.

– Моя жена умерла, да.

Хриплый ответ заставил ее поколебаться, но недолго.

– Ваша жена… ваша бывшая жена?

Мышцы на его торсе вздулись от напряжения.

– Занимайтесь своими делами, черт возьми… миссис Коул.

– Пытаюсь. Но вы же мне не даете, – сообщила она.