— Нет.

Фибе покачала головой. Она перестала читать новости из дома с того самого дня, как увидела в газете некролог о нем. В этом году она послала Джун формальную открытку на день рождения, но они едва обменялись с ней парой фраз с тех пор, как Фибе переехала сюда.

Взволнованный и расстроенный Уэйд старался не смотреть на стоявшую перед ним женщину. Совсем не так он представлял себе их встречу. Надеялся, что они бросятся друг другу в объятия, поцелуются, а тут разговаривают, будто виделись неделю назад. Неужели он напрасно сюда приехал?

Некоторое время оба молчали.

Уэйд явно не знал, что еще сказать…

Бриджит! — всполошилась вдруг Фибе и вскочила на ноги. Как она могла забыть о своем ребенке, особенно в такой момент!

— Подожди меня здесь. Хорошо? — воскликнула она. — Я только закину покупки на кухню, затем выйду, и мы поговорим. Прости, что не приглашаю тебя в дом. Потом все объясню.

Уэйд поднял упавшие ключи:

— Вот, держи!

— Спасибо. — Фибе осторожно взяла ключи, стараясь не коснуться мужчины, которого она так любила в юности и которого, наверное, любит до сих пор, и дрожащей рукой открыла дверь. О боже, неужели все это ей не снится? Неужели Уэйд Доннелли жив и стоит рядом с ней? А значит, ей придется поговорить с ним и рассказать, что она родила от него ребенка.

Как только Фибе вошла в дом, Энджи бросилась к двери и плотно закрыла ее. Прежде чем няня начала говорить, Фибе прижала палец к губам, давая ей понять, чтобы та хранила молчание. Затем прошла на кухню и поставила пакеты с купленными продуктами на стол.

— Послушай, — тихо сказала она Энджи, — волноваться совершенно не о чем. Это мой старинный друг, мы очень давно не виделись. Ты можешь ненадолго задержаться на случай, если Бриджит проснется?

Энджи широко открыла глаза от удивления.

— Конечно. Без вопросов.