– Входи. – Он пропустил Еву и поднял сумку с пеленками, которую она поставила на землю рядом с собой.

Хит провел девушку в гостиную. Он молча ждал, зная, что нельзя подталкивать ее, требуя информацию. А ему хотелось орать: где ты была? Ты чуть с ума меня не свела!

– Мальчик, – сказала Ева.

Торнадо эмоций, закрутившихся в нем, быстро и яростно разрушило стены отчаяния, которые он строил последние годы. Одним гигантским поворотом уничтожило неуверенность и нежелание жить.

Мальчик. Сын.

– Хочешь подержать его? – торжественно спросила Ева.

– Да. – Хит вытер руки о джинсы и потянулся к младенцу.

Одеяло спало с его крошечного личика. Хит первый раз видел своего сына. Мальчик морщился, надувал губы и изгибал спинку. Но глаза не открыл. У него оказались темные волосы и нежное розовое лицо. Хит тихонько провел пальцем по этому лицу, и у него повлажнели глаза.

– Он само совершенство. – Хит взял руку Евы. – Спасибо тебе.

Она долго смотрела на него, потом вздернула подбородок.

– Хочешь его?

– Конечно, я хочу его. Я все время говорил тебе об этом.

– Я имею в виду, – она высвободила руку, – хочешь ли ты держать его у себя? Всегда?

– Что? – Сердце Хита чуть не вырвалось наружу.

– Если хочешь, я оставлю его здесь, с тобой.

– Почему?

– Так ты хочешь или не хочешь?

Хит пытался понять, почему она это делает. Почему она решила бросить сына? Послеродовая депрессия? Если так, то Ева, несомненно, вернется и потребует назад своего ребенка. А вдруг…

– Хочу, – просто ответил он.

– Сколько ты готов заплатить за него?

Хита словно током ударило. Она продает мальчика? Он совершенно не знал ее. Только сейчас он понял, что никогда не знал и не понимал ее.