Она не могла спать, не могла успокоиться. Но то, как легко заснул Кэм, полная расслабленность его тела успокаивали ее. Ей захотелось до него дотронуться. Может, хоть частица его уверенности и покоя передастся ей.

Облака рассеялись, и светила полная луна. Ветер раскачивал деревья за окнами, и дикие тени метались по стенам. Снаружи царил ад кромешный. Почти как в ее душе.

Сколько можно терпеть эту душевную боль? Она все погубила: свои надежды и мечты, планы матери, расчеты отца. Пути назад нет. Да и Уэсли она не нужна, после того как унизила его перед друзьями и семьей.

Но ей и не хотелось возвращаться. Было только жаль, что обидела Уэсли, что вызвала такой громкий скандал и что ее безумный поступок разбил все надежды на безоблачное будущее.

Эшли снова задрожала. Она знала, что не из-за холода, это просто нервы. Но безысходное отчаяние, охватившее ее, было таким жестоким! Никогда раньше она не испытывала ничего подобного. Она с тоской посмотрела на спящего Кэма и вдруг поняла, чего ей хочется.

Он наверняка рассердится. Но она постарается быть очень, очень аккуратной и не разбудит его. Медленно, бесшумно она выскользнула из кресла и забралась в его постель. Он пошевелился, и она затаила дыхание, сжалась в комочек, как будто готовясь к удару. Но он не проснулся, и она с облегчением выдохнула.

Потом осторожно вытянулась рядом с ним. Она слышала его дыхание, чувствовала его тепло, но не осмеливалась дотронуться до него. Однако напряжение потихоньку начало таять. Он был большой и сильный и очень уютный. В первый раз с тех пор, как выбежала из церкви, Эшли почувствовала себя в безопасности. Она облегченно вздохнула и потянулась.

Вдруг он перевернулся на другой бок. Она хотела отпрянуть, но не успела: его рука шлепнулась на ее плечо и осталась там, пальцы замерли на ключице.

Испуг прошел, когда она поняла, что Кэм спит. Его прикосновение было очень приятным. Она знала, что так и будет.