– Рассказывай, что знаешь, заморыш! Иначе тебе живым из этого оврага не выбраться!

Из глаз мальчика хлынули слезы, и Олег отпустил его горло. Нет, ему не было жаль волчонка, но не хотелось, чтобы тот окочурился до того, как сообщит требуемые сведения.

– Я ничего не знаю… – захныкал тот. – Дядя, отпусти! Сейчас сюда моя «крыша» нагрянет, они тебя живо в фарш превратят!

Олег снова схватил ребенка за горло. Не может быть, чтобы этот паршивец стоял между ним и кучей бабок!

– Нет у тебя никакой «крыши», щенок! Зато могу организовать тебе могилу, прямо здесь, в овраге! Итак, говори: кто тебя нанял?

– Му… Мужик… – закашлялся подросток, когда Олег расцепил пальцы. – На черной «бээмвухе» прикатил… У него еще ухо было такое диковинное, отрезанное, что ли…

Да, пацан говорил правду! Придавив ребенка коленкой к земле, Олег быстро спросил:

– Что велели сделать?

– Ну че вы спрашиваете, знаете же… Ой, больно! Ну, взять конверт, прийти в сортир, отдать мужику, сидящему в последней кабинке. И слова сказать о том, что будет больно, если он намухлевал… Все, больше ничего не знаю!

Олег наотмашь ударил ребенка по лицу и процедил:

– Это тебе сейчас будет очень больно, сопляк! По лицу вижу, что врешь! Номер автомобиля запомнил?

– Нет, нет, что вы! – залепетал пацан, и Олег угрожающе поднял с земли булыжник. Заметив это, мальчик просипел:

– Ну, запомнил! Только мне этот, с ухом, сказал напоследок, что все, что я видел, должен забыть! Иначе мне конец!

Олег усмехнулся:

– Выбирай, салажонок: или сейчас конец, или позже! Давай, говори номер!

Мальчик назвал. Олег заставил его дважды повторить – нет, вроде бы не сочиняет.

– Отпустите меня… – заныл ребенок, и Олег призадумался, что же делать с мальчишкой. Конечно, убивать он его не собирался, но ведь юный мерзавец может проболтаться!