Он имеет в виду – подальше от любопытных ушей подчиненных, подумала Джоанна, но на сей раз профессионализм, за который она так уважала себя, отступил на второй план.

– А есть ли в этом смысл? – спросила она натянуто, сознавая, что смотрит на него с ненавистью и ничего не может с собой поделать. Она с горечью отметила, что стоимость его костюма составляет ее жалованье за несколько месяцев. Этот человек буквально источал богатство и власть. Но она не даст запугать себя типу, из-за которого лишился места единственный в мире человек, к которому она испытывала настоящую привязанность.

– Большой смысл, мисс Кроуфорд.

В следующее мгновенье стальная рука взяла ее под локоть и стремительно провела через канцелярию в ее маленький, но уютный уголок. Джоанна была слишком ошеломлена, чтобы протестовать. Но как только он закрыл за ними дверь, дар речи вернулся к ней.

– Что такое вы себе позволяете?! Как вы смеете прикасаться ко мне?!

– Я всего лишь пытался не дать вам выставить себя в еще более глупом виде, – ответил он с оскорбительной откровенностью.

– Послушайте…

– Нет, послушайте вы, черт побери! – Это скорее походило на пистолетный выстрел, чем на окрик.

Джоанна изумленно раскрыла глаза, а он весьма невежливо подтолкнул ее к креслу, а сам прислонился к темному полированному столу и уставился на нее сверху пронзительными синими глазами. Прежде чем гнев с новой силой овладел Джоанной, она успела отметить с необъяснимой непоследовательностью, что эти глаза очень красивы.

– Я пытаюсь действовать в ваших же интересах…

– Об интересах бедного Чарльза вы уже позаботились, – презрительно перебила его Джоанна. Румянец на ее щеках не уступал в яркости цвету волос.

– Боже, пошли мне терпенья… – На миг он закрыл глаза и провел рукой по иссиня-черным аккуратно подстриженным волосам, затем произнес холодно и зло: – Вы добиваетесь, чтобы я применил кляп? Сейчас вы очень близки к этому.