Филип процедил сквозь зубы:

– А не отправиться ли нам в наш номер, дорогая? Ты примешь душ, успокоишься немного, передохнешь… Вечером большой прием, ты не забыла?

– Папеньки и маменьки, тетушки и дядюшки. Все помню, не будь занудой. Джо, ты уже приглашен. Фил, подтверди.

– Я не думаю…

– И не надо. Просто скажи «да», или кивни головой, или пукни…

Собственное остроумие вызвало у Элли приступ хохота, во время которого Шерри смогла без помех испепелить Джозефа Ладлоу взглядом. Тот воспринял это вполне невозмутимо.

– Шерри, дорогая, ты не могла бы прислать ко мне в номер горничную? У меня нет полотенец, а фрак необходимо отгладить.

– Разумеется, мистер Ладлоу. Все будет исполнено, мистер Ладлоу. Я сама и поглажу. Вот этими вот руками.

Джо кивнул и покровительственно похлопал Шерри по бедру, а затем доверительно сообщил Морганше:

– Буквально едят с рук. Отличный отель. Все для клиента. Элли, вы не прогадали. Лучшего места для медового месяца не найти.

Элли немедленно запечалилась.

– Не напоминай. Почему-то сейчас я все время думаю о том, что поторопилась.

– Ну, это обычное дело. Новобрачные всегда немного волнуются. Увидите, завтра утром вы с Филипом все будете воспринимать совершенно иначе.

Филип презрительно хмыкнул.

– О да! Учитывая, что сегодня прием… завтра малютка Элли испытает потрясающее похмелье.

Морганша уничижительно посмотрела на своего молодого мужа.

– Не суди по себе, мой козлик. Да ну тебя! Джо, ты отличный парень. Давай прокатимся на моем «феррари»? Здесь есть достопримечательности?

– Здесь полно достопримечательностей, но мы с вами выпили, так что за руль нельзя.

– Фу, зануда. Хотя… ты же законник. Ладно, нет так нет. Милочка, вы все еще здесь? Значит, так: у меня в номере все время должна быть холодная содовая, много льда, сигареты, виски, бананы и ананасы. Постельное белье, надеюсь, шелковое?