Дэвид с видом уязвленной гордости лежал, укрывшись до подбородка одеялом. Она безжалостно откинула одеяло и протянула ему форму Джейми:

– Давай, давай, папуля, на тебе Джейми. Я переодену Дейзи в ванной.

Она снова бросила взгляд на часы. Восемь двадцать пять. О Боже, вот они, радости работающей матери.

Когда она спустилась вниз, держа на одной руке Дейзи, а под локтем другой – отчет, который надо было прочесть вчера вечером в постели, Дэвид уже погрузился в утренние газеты. Как обычно, за завтраком помощи от него ждать не стоило. Тост он поджаривал только для себя и никогда не предлагал сделать это для других. И как у Джона Донна

Все еще дуясь на ее отпор, этим утром он был тише обычного и не отрывал носа от «Файнэншл таймс». Внезапно он протянул ей газету через нагромождение тарелок с банановым пюре, коробок с хлопьями и опрокинутых чашек.

Сквозь вопли Дейзи, настойчивые требования Джейми обратить внимание на то, как он с риском сломать шею взбирается на свой стул, и детскую передачу «Новые ребята в нашем квартале», она с трудом расслышала его голос:

– Посмотри-ка вот это. Здесь о «Метро ТВ». Конрад говорит, что он наконец решил назначить руководителя программ. Почему бы тебе не попроситься на эту работу?

– Мне?

Лиз хотелось, чтобы в ее голосе прозвучала ирония. Ее взяли в «Метро телевижн» главой отдела телевизионных постановок всего несколько недель назад, когда компания получила одну из лицензий для лондонского коммерческого телевидения, и теперь у Лиз было три месяца до выхода в эфир, чтобы спокойно все обдумать и подготовить свои идеи к реализации.

– Да. Тебе. Элизабет Уорд. Талантливому режиссеру. Автору совершенно нового стиля создания программ. Матери двоих детей, – Дэвид явно вошел во вкус своей темы. – Женщина-руководитель будет прекрасной рекламой для «Метро ТВ». Ни у одной другой телекомпании на этой должности женщин нет. – Пышущий энтузиазмом, он вскочил со стула и подошел к ней. – Черт побери, девяностые годы – это десятилетие женщин, и ты – типичная женщина девяностых.