— Почти, вот только пришлось надеть такие простые туфли, но они очень удобны.

Нив нарочно заговорила о туфлях, чтобы разрядить атмосферу напряженности, вызванную и ее волнением, и его высокомерным видом. Да, в прошлый раз, подумала она, Роб казался более открытым и доступным.

Но, может быть, она чересчур чувствительна? Может быть, он действительно был очень занят и не мог сразу принять ее?

— Ну, туфли ерунда, — сказал Роб, — главное, чтобы нога поправилась, а все остальное элегантно и очень идет вам — и очки, и волосы, стянутые в узел, — серьезная журналистка именно так должна одеваться, — и он насмешливо приподнял брови. — Садитесь, Нив, давайте побыстрее начнем. Дела донимают, особенно в связи с кризисом на азиатских фондовых биржах.

— Мы бы могли начать именно с этих событий, если вы не против. — Нив мгновенно перехватила инициативу в свои руки.

Он удивленно поднял брови.

— Что вы имеете в виду? Она вынула из сумки блокнот, ручку и магнитофон.

— Я хочу знать, что вы думаете о причинах кризиса и о его последующем влиянии на события в мире бизнеса, и вашего в частности?

— Вы серьезно? — Роб нахмурился, не зная что отвечать и нужно ли.

— Вполне. Ведь пока это то, чем вы можете теперь заниматься большую часть своей жизни.

— Нив, — произнес он нетерпеливо, — мое желание — только дать надежду людям, попавшим в экстремальную ситуацию. Я не эксперт по финансовым кризисам.

— Я и не требую этого от вас, но ваше личное мнение, мнение крупного бизнесмена, что-нибудь да значит для людей.

— Моя деловая и общественная жизнь не является тайной, равно как и взгляды на различные экономические и политические стороны жизни общества.

Но Нив не так легко было выбить из седла.

— Не все взгляды, мистер Стоу. Существует очень много пробелов.

В комнате наступило напряженное молчание.