— Мой редактор предложил привести некоторые факты из вашей биографии, хотя, конечно, многим они уже известны. — Она помолчала. — Как вы справились с последствиями аварии, приковавшей вас к инвалидной коляске? Когда вам вынесли приговор, что вы не сможете больше ходить, вы не смирились с ним и, я верю, будете ходить. Какую роль здесь играют ваши человеческие качества?

— Справился? Плохо справился, — сказал Роб Стоу. — Молли подтвердит мои слова. Не так ли, Молли, милая? — добавил он небрежно, когда Молли внесла в комнату поднос.

— Зачем мне подтверждать глупости? Напротив, ты был великолепен, Роб! Своим примером ты вдохновляешь многих людей. Не позволяйте ему вводить вас в заблуждение! — добавила она, глядя на девушку.

— Я вижу только две чашки, — сухо заметил Роб.

— Я иду к парикмахеру, дорогой, нужно сделать маникюр и депиляцию. Думаю, это надолго. Но, я уверена, вы не будете скучать. До свидания. — Она помахала на прощание рукой.

— До свидания, — попрощалась Нив, в то время как хозяин дома не произнес ни слова.

Молчание затянулось. Нив, с сочувствием глядя на него, сказала:

— Так о чем вы сами хотели бы поговорить, мистер Стоу?

— Да обо всем, что в голову придет. И знаете — мы можем и не записывать наш разговор на магнитофон. Вам решать. — Он подумал немного, затем лукаво улыбнулся. — Расскажите-ка мне о себе.

— Хорошо, — сказала она спокойно и не стала включать магнитофон. — Мне двадцать шесть, родилась в Западном Квинсленде на овечьей ферме. Получила степень бакалавра по английскому языку в Квинслендском университете. Работала в «Курьер-мейл», сначала младшим репортером, а затем парламентским репортером. В Сидней приехала три месяца назад, решила отойти от политики на некоторое время. — Лицо ее осветила лукавая улыбка. — Правда, сразу сделать это не удалось. Сейчас вот появился шанс поработать для воскресного приложения к газете.