Задумчиво смотрела вниз, на суетящихся людей, больше похожих на букашек с такой высоты. "Как просто было бы все прекратить",- мелькнула крамольная мысль. Но Лина даже не дрогнула в душе. Она уже не боялась этих размышлений. Такие идеи посещали ее все чаще в последнее время. Девушка устала жить. Устала подстраиваться, терпеть, мириться... и ненавидеть... устала...

- И зачем ты это сделал? - Все-таки, тихо пробормотала Лина, не оборачиваясь. Но Валентин услышал.

- Я же для тебя старался, дура! - Мужчина не выдержал, резко поднимаясь со стула и за плечо, отдергивая девушку от окна, словно зная, какие именно мысли крутятся в ее голове.

- Извини. - Буркнула Лина, наконец, вырываясь из его рук и потирая плечо. Она отвернулась, быстро подходя к холодильнику, пытаясь спрятаться за его дверцей от злости Валентина.

- Да не нужны мне твои извинения, Лина! - Он с силой хлопнул по столу открытой ладонью, заставляя с дребезжанием подпрыгивать расставленные тарелки и приборы. - Твою мать, ну зачем ты творишь такое, а?

Валик потер лицо рукой, бросив тлеющую сигарету в пепельницу. Шумно выдохнул, устало смотря, как съежившаяся от его крика девушка тихо режет мясо, вынутое из холодильника, дрожащими руками. Выругался сквозь зубы, и подошел к ней, упираясь лбом ей в затылок.

- Меня разозлить хотела, да? - Угрюмо прошептал мужчина, прижимаясь губами к волосам Лины, и опираясь о столешницу руками, запирая девушку, словно в ловушке.

Она задрожала, отбросила нож, понимая, что вполне может палец себе отрезать, при таком положении дел. Тот громко застучал по деревянной поверхности доски.

- Пусти, Валик. - Лина старалась, чтобы голос звучал уверенно, но знала, что это не удается. - Вода закипела, мне надо макароны бросить. - Девушка посмотрела в сторону плиты, где, и в самом деле, начала весело бить ключом вода в серебристой кастрюле.