Она не показывала вида, но чувствовала себя глубоко оскорбленной. Самое странное заключалось в том, что ее обидела не демонстративность, а равнодушие, с каким мистер Джоэл ее разглядывал. Однако никто и никогда не выбивал ее так из колеи. Бетти будто онемела и не знала, что делать дальше.

– Простите, у меня дела, я вынужден уйти, – объявил в это время гостям мистер Джоэл. – А вы развлекайтесь. Обед в восемь часов, как обычно.

Будто громом пораженная, Элизабет смотрела ему вслед. Он снова покинул гостей, не проведя с ними и пяти минут! Что же это за человек?!

Почти все присутствовавшие в сопровождении секретарей отправились на экскурсию по залам замка, некоторые вышли в парк, чтобы прогуляться и скоротать время до обеда. Элизабет чувствовала себя так, словно только что пережила извержение вулкана.

Оставшись в одиночестве, она вернулась в свои апартаменты и вспомнила все увиденное. Фредерик Джоэл произвел на нее двоякое впечатление. Этот мужчина был грубым и надменным, от него исходили сила, властность и высокомерие. И в то же время он был невероятно привлекателен.

Как она могла поддаться обаянию Фредерика Джоэла, если он смотрел на людей так, будто видел перед собой неодушевленные предметы? Вот и ее он рассматривал точно также. Да взгляд ученого, взирающего на букашку через окуляр микроскопа наверняка бывает не столь оскорбительно равнодушен!

У себя в гостиной Элизабет сбросила туфли и, взбив подушку, положила ее на диван, потом легла и уставилась в потолок. Чем же ее все-таки привлек этот мистер Джоэл? Раньше она никогда не теряла голову из-за мужчины. Наверное, дело в том, что он – сильная личность и к тому же красив.

Если бы она и понравилась ему, он наверняка постарался бы это скрыть… Впрочем, ее присутствие здесь обусловлено контрактом. Ей предстояло участвовать в сделках по продаже земельных участков на побережье, нахваливая их покупателям, чтобы те согласились приобрести землю, вложили бы деньги в строительство, то есть начали бы активно обживать эти места. Следует думать только об этом, а не придавать значения всяким глупостям, заключила она.