— Что значит «в настоящий момент»? — поинтересовался маркиз.

Мгновение Друзилла колебалась, потом тихо проговорила:

— Ситуация не так уж проста, а твое пребывание в классной — вдруг тебя здесь увидят — и вовсе испортит все дело. Ради Бога, Вальдо, ты уже достаточно насмотрелся на меня — уходи и забудь обо всем.

— С чего это? — удивился он. — Кроме того, у меня были веские причины, чтобы прийти сюда.

— Какие? — резко спросила Друзилла, и он заметил, что ее опять охватывает ужас, как тогда, когда он ворвался в комнату.

Внезапно, как бы в ответ на ее вопрос, в коридоре началось столпотворение. За дверью послышались звуки охотничьего рога, мужской хохот и крики «ату!» и «сбежал!», женский визг и топот бегущих ног.

Маркиз заметил, как Друзилла напряглась и замерла, и только изящная ручка нервно теребила ворот платья, как бы стараясь удержать вырывавшееся из груди сердце.

Шум стал удаляться. Вдруг ручку двери резко повернули — кто-то пытался открыть дверь, она трещала под яростным напором. Раздался женский голос:

— Заперто! Его тут не может быть!

И опять звуки рога и крики «сбежал!» пронеслись мимо двери и стали затихать по мере того, как веселая компания удалялась в другой конец коридора.

— Теперь-то ты понимаешь, почему я, как лиса, забился в нору, — улыбнулся маркиз.

— Так это за тобой охотятся? — спросила Друзилла.

— Жребий пал на двоих из нас, — объяснил он, — И оба — завидные женихи. Бог мой, Друзилла, после этого я начинаю сочувствовать лисе, которую травят.

— Зачем же ты пошел на это? — поинтересовалась она.

— А как я мог отказаться? — ответил он. — Они бы из меня лепешку сделали. К тому же я понял, что в подобных ситуациях гораздо проще согласиться на то, что от тебя требуют, а потом сделать все наоборот.