— Я тут подумал, — произнёс он. — Почему бы тебе не задрать юбку и не показать мне, что у тебя там.

Пока он наклонялся к ней, глаза женщины опять расширились, потом стали пустыми, стеклянными, как у рыбы, а затем закрылись. Её голова откинулась назад, а пышное тело обмякло, заставив его потерять равновесие, так что они оба повалились на грязный пол. Врождённое благородство заставило Бреннана перевернуться во время падения, так что он упал на бедро, приняв на себя удар её бесчувственного тела.

— Что ж, прежде я никогда не производил на женщин такого эффекта, — пробурчал Бреннан, обращаясь к стоящим над его звенящей от боли головой амфорам с оливковым маслом, и уставился на женщину с недоумением.

— ТЫ И СЕЙЧАС НА ЭТО НЕ СПОСОБЕН.

Голос прогремел на всю комнату. Бреннан свободной рукой машинально потянулся к кинжалу, но нашел на его месте только пустые ножны.

— ТЫ ДУМАЛ ПОДНЯТЬ НА МЕНЯ ОРУЖИЕ?

Теперь голос стал раздраженным. Разум Бреннана начал было проясняться, но огромное количество выпитого за день вина мешало собраться с мыслями.

— Я воин Посейдона, — заявил Бреннан, хотя даже ему было очевидно, как нелепо это звучит в данной ситуации.

— ДА, ТЫ МОЙ ВОИН. ХОТЯ ОСТАЛЬНЫЕ БОГИ ЗАСМЕЮТ МЕНЯ, ЕСЛИ ЭТО ГДЕ-НИБУДЬ ВСПЛЫВЁТ.

Miertus

Вспышка серебристо-голубого света озарила тёмную комнату, и внезапно тело женщины исчезло — растворилось, будто его никогда здесь не было. Бреннан вскочил на ноги и зашатался из стороны в сторону. Он едва снова не свалился от накатившего головокружения.

— Что? Куда она…

— ЖЕНЩИНЕ НЕ СЛЕДУЕТ ПРИСУТСТВОВАТЬ ПРИ НАШЕМ РАЗГОВОРЕ. СЕЙЧАС ОНА ДОМА, В ПОСТЕЛИ. ДЛЯ РАЗНООБРАЗИЯ ОДНА, — последовал сухой ответ.

— Но зачем Вы здесь… — Бреннан запоздало осознал, что не проявил должного уважения к богу морей, и рухнул на колени. — О повелитель! Прими мои глубочайшие извинения. Зачем я Вам понадобился?