Такой он часто видел ее во сне, но все его сны меркли в сравнении с реальностью. Реальностью, которую она использовала в качестве сверхмощного оружия в ходе бескомпромиссной борьбы, как сейчас.

Она никогда не делила с ним его постель и не приглашала в свою. Они встречались на нейтральной территории и занимались любовью – точнее, сексом – в чужих постелях. И, как бы глубоко они ни растворялись друг в друге, Элия всегда уходила первой. Она никогда не просыпалась в его объятиях.

Сейчас ее руки были раскинуты в стороны, ладони слегка подрагивали, словно овладевшие ею эмоции были слишком сильными для ее хрупкого тела. Эмоции, которых она на самом деле не испытывала. На которые была не способна. Ее голос зазвенел как струна, словно она находилась в плену этих неистовых чувств.

– Перестань меня мучить, любимый. Поговори со мной. Иди ко мне. Ты же знаешь, что хочешь этого.

Да, он желал этого как ничего другого. Забыть об осторожности, сорвать с себя одежду, почувствовать под собой ее гладкое податливое тело, слиться с ней воедино, воспарить к вершинам чувственного удовольствия, а затем насладиться блаженным покоем.

Но ему никогда не будет покоя. Единственная женщина, которой он позволил завладеть его душой и телом, его мыслями и мечтами, оказалась недостойной и порочной. Однако его по-прежнему к ней влекло, и она умело пользовалась этой слабостью.

– Поговори со мной, Камал. Скажи, что произошло. Ты должен это сделать ради меня. Ради нас. Я не могу позволить тебе уйти. Не могу перестать тебя любить. И я знаю, что ты тоже не перестал меня любить.

Она слишком хорошо его знала, а он совсем ее не знал. Но теперь все изменилось. Он видел всю ту скверну, которая текла по ее жилам и отравляла душу. В тот момент, когда Камал получил доказательства, он принял решение. Он больше никогда не уступит, никогда не будет искать ей оправдания. Все было кончено.