Линет не знала, что ей делать, поэтому пошла за хозяйкой. Ее остановил племянник баронессы. Он взял ее за руку и пригласил подняться наверх.

– Позвольте показать вам вашу комнату, – предложил он. Она кивнула, соглашаясь только потому, что ей не хотелось, чтобы ее отказ сочли за невоспитанность.

Должно быть, когда-то эта комната была прекрасной. В ней преобладал нежный кремовый цвет, удачно сочетающийся с зелеными полутонами. Однако со временем краски утратили свою яркость, обивка поблекла, и в рассеянном свете дня на старой мебели была видна каждая царапина, а на потертом ковре – каждое пятно. Здесь не было ни пылинки, но, несмотря на это, комната выглядела заброшенной.

И все же это была самая красивая и большая комната, в которой ей когда-либо доводилось бывать. Она повернулась к племяннику баронессы и спросила:

– Это моя комната? Или же в ней будет жить кто-то еще? Она заметила, как его губы скривились в усмешке.

– Это будет ваша личная комната. – Голос виконта прозвучал довольно отстраненно.

Затем он указал на дверь, скрытую от глаз портьерой.

– Эта дверь ведет в мою спальню. Я буду весьма благодарен, если вы, перед тем как войти, будете стучать.

Она застыла от ужаса.

– Я вообще не собираюсь входить туда, сэр! Я хочу выйти замуж, и моя честь и целомудрие должны остаться незапятнанными.

Виконт снова усмехнулся, но и на этот раз его лицо осталось холодным. Прислонившись к стене, он с подчеркнутой небрежностью заявил:

– Не волнуйтесь. У меня нет намерений, лишать вас невинности. Что касается вашего целомудрия, то оно, вероятно, претерпит большие изменения. – Помедлив, он добавил: – Даже с точки зрения самых вольных взглядов на жизнь.