Как всегда, когда она думала о подобной безмерной несправедливости, ее охватывал гнев.

— Но если это только слух…

— Это был только слух. У меня есть доказательства того, что он сделал это. Кроме всего прочего, у меня есть счета, по которым он платил за ружья. Я даже слышала, как он разговаривал с одним из этих «индейцев», и…

— Слышали? — уточнил Эшер. — Вы хотите сказать, что подслушивали?

— Естественно. Я надела зеленое платье и спряталась в кукурузе. Но главное заключается в том, что я должна отвезти эти доказательства пославшему меня на задание человеку, а, по моим подсчетам, мы сейчас находимся прямо на запад от конторы Джона. Нам нужно выехать завтра утром.

Она наблюдала за тем, как Эшер поигрывал лентой на шляпе, которую держал в руке.

— Крис, я не думаю, что вашему отцу хотелось бы, чтобы вы таскались по всей стране, обвиняя людей в… в том, в чем вы обвинили Ланьера. Возможно, когда мы вернемся в дом вашего отца, он найдет способ переслать вашу информацию этому газетчику. А до тех пор, я думаю, будет лучше, если вы останетесь здесь в безопасности.

Крис только взглянула на него. Она выросла с мужчиной, подобным этому, и она работала с таким мужчиной. Он был абсолютно уверен в том, что она не права, и никакие ее слова или поступки не могли бы изменить это мнение.

— Мне кажется, рыба готова, — тихо сказала она и увидела, как он улыбнулся ей той улыбкой, какой мужчины всегда награждают женщину, над которой только что одержали победу. Она улыбнулась в ответ, но глаза оставались холодными.

Пока они ели, она вела с Эшером легкую беседу, ни разу не вернувшись к теме необходимости доставить ее рассказ в газету Джону Андерсону. Но как только они закончили еду, она встала.

— Думаю, мне следует пойти и разыскать мистера Тайнана, — сказала она рассеянно и направилась по тропинке в сторону реки.