Люсианна была готова выть от тоски. За первым свиданием последовало второе. Они стали встречаться каждую неделю, но объяснения в любви все не было, долгого романа, о котором она мечтала, не получалось…

— Если бы ему было действительно не все равно, он бы… — вырвалось у нее, но она только покачала головой, не в силах говорить о том, что так ее мучило. Помолчав немного, она спросила Джени тихим, усталым голосом: — Джени, со мной что-то не так? Почему я не могу удержать Джона?

Сидя спиной к двери, Люсианна не видела, как Дэвид и Джейк пересекли двор и вошли в кухню как раз в тот момент, когда она произносила последнюю фразу.

Воцарившееся неловкое молчание прервал Джейк:

— Потому что человек — не трактор, а человеческие отношения — это более тонкая материя, чем груда металла.

Звук знакомого хрипловатого голоса заставил Люсианну резко развернуться. Ее щеки запылали от негодования, зеленые глаза вспыхнули гневом, длинные пряди волос разметались по плечам, обрамляя лицо с высокими скулами и упрямым подбородком. Она раздраженно проговорила:

— А тебя не спрашивали! Если б захотела узнать твое мнение по этому поводу, я бы сама попросила тебя высказаться.

Они никогда не ладили с Джейком. Люсианна с детства не могла примириться с его присутствием в их жизни и с тем, что он влиял не только на братьев, но и на отца. Несмотря на то что между ним и ее старшим братом был всего год разницы, Джейк всегда выделялся, казался взрослее, увереннее, в нем было что-то, чего Люсианна не могла понять, но что выводило ее из себя.

Именно Джейк "убедил тетю купить ей это дурацкое платье на тринадцатилетие. Ребята по падали со смеху, увидев в нем Люсианну. Эти кошмарные розовые оборочки и пояс, которым она потом связала колеса тележки. Она до сих пор помнила насмешливый взгляд Джейка и свою злобную радость оттого, что и ей удалось задеть его за живое. В те времена он еще не умел скрывать свои эмоции.