Решительно встряхнув себя и попытавшись упорядочить смятенные мысли, она сказала:

— Между прочим, я владела всего лишь двадцатью процентами этого здания, а ваш кузен, как сказали мне Рейнхиллы, владеет землей и значительной частью апартаментов и именно он руководил строительными работами. Я никогда не видела его, никогда не обсуждала с ним его бизнес-план. Я подучила эти номера за то, что выполнила определенную работу, вот и все. Двадцать процентов — всего лишь мое вознаграждение.

Илиос знал, что это была правда, но в данный момент он был настроен воинственно и не желал давать англичанке пути к отступлению.

— У моего кузена нет ничего, кроме больших долгов. А Рейнхиллы, как вам уже, наверное, известно, бесследно исчезли. А вы, хотя и являетесь владельцем двадцати процентов собственности, несете такую же ответственность, как и все остальные. Это указано в контракте, который вы собственноручно подписали. Там есть пункт о «солидарной ответственности», которая подразумевает индивидуальную ответственность каждого владельца за общие долги. А это значит, что я могу потребовать от вас заплатить всю сумму.

— Нет, этого не может быть, — в ужасе произнесла Лиззи.

Илиос взглянул на нее. В ее голосе слышалась неподдельная паника. Он видел, что она дрожит.

«Притворяется, — мрачно сказал он себе. — Разыгрывает сцену».

— Уверяю вас, что так оно и есть.

— Но у меня нет таких денег! — На самом деле у нее вообще не было денег.

— Нет? Хочу сказать вам, что я желаю получить полную компенсацию. Вы должны не только выплатить мне долг, но и заплатить за потенциальный ущерб, который мог быть нанесен моему бизнесу. Этот бизнес я создавал своими руками, тяжелым трудом, в отличие от таких, как вы, которые наживаются за счет наивности и простодушия других людей. У вас есть собственное дело?