Поражал не только размер экипажа. Восемь черных лошадей — лощеных, блестящих на солнце статных жеребцов скакали плечо к плечу, высоко вскидывая ноги в белых «носочках», — более слаженной команды не сыскать. Синхронно потряхивая гривами, аккуратно заплетенными в косы, стуча копытами в такт вращению колес, кони эти казались возникшими из сказки. Сама карета тоже сияла. Теперь, когда она приблизилась, Эмма могла разглядеть герб — зелено-золотой на черном фоне. Карета была, несомненно, новенькой — так могла сверкать только новая вещь.

Возница тоже был весь с иголочки — в новой ливрее; два лакея на запятках держались что есть силы за металлический поручень одной рукой, затянутой в перчатку, а другой придерживали готовые слететь с головы котелки. Такие королевские выезды — нечастая картина на деревенской дороге так далеко на север от Лондона. Имелось только одно разумное объяснение увиденному, и герб на дверях подтверждал догадку: новоиспеченный виконт Монт-Виляр направлялся в свою резиденцию. На весьма приличной скорости.

Вряд ли, впрочем, его порадует то, что предстоит увидеть. Если он не сочтет за труд провести подробную инспекцию, то заметит, что замок Данорд пришел в запустение. Хотя разве это имело значение? Надолго он все равно не задержится. До сих пор за ним не замечалось подобной привычки.

Эмма покачала головой, подумав об опасности, подстерегающей карету на узкой извилистой дороге, с обеих сторон обсаженной живой изгородью и обнесенной каменной стеной, сохранившейся еще со времен завоевания Британии римлянами. Новый виконт явно решил угробить себя, повторив в этом старого.

Похоже, Эмма мыслями своими нагнала беду, ибо со стороны кареты, внезапно накренившейся в клубе пыли, донеся крик — возница заорал кому-то во все горло. Следом послышался отчаянный скрип колес и скрежет металла о камень. И лишь потом Эмма расслышала отдаленный крик.