– Я хочу предложить тебе работу.

– Но послушная дочь никогда не занимается работой вне дома. Послушная дочь...

Он посмотрел на нее таким взглядом, что Темперанс осеклась.

– Не надо представлений, когда мы наедине.

– Что вы имеете в виду? – спросила она сладким голосом. – Я просто пытаюсь быть такой, какой вы хотели меня видеть.

Он проигнорировал ее вызов, не собираясь опускаться до спора.

– Если ты выполнишь работу удовлетворительно, я дам тебе выходное пособие и свободу.

– Что, простите?

Фальшивой сладости в ее голосе больше не было. Перед ним стояла женщина, которую он впервые увидел, тайком пробравшись в зал, где она произносила речь такой силы, что, будь она мужчиной и говори на приемлемые темы, он восхитился бы.

– Успешно справишься с этой работой – сможешь пользоваться своим наследством, но под контролем моих банкиров в Нью-Йорке. Я также разрешу тебе жить в нью-йоркском доме твоей матери, но с человеком, мною выбранным. Тебе будет дозволено заниматься твоей... – он еле смог выговорить эти слова – твоей работой с обделенными в Нью-Йорке.

– А если я откажусь?

– Останешься здесь и будешь дочкой своей мамы. Я объявлю, что она заболела и что посетители отныне не приветствуются.

– Это шантаж! – тихо произнесла Темперанс.

– А чем ты занималась эти последние адские месяцы? – закричал Ангус и снова вдохнул, чтобы успокоиться.

Темперанс откинулась на спинку стула.

– Хорошо, я слушаю. Что за работа?

– Я хочу, чтобы ты подыскала жену моему племяннику.

Она выпрямилась и поджала губы.

– Вы пытаетесь выдать меня замуж подальше отсюда?

–Тебя? – громко переспросил Ангус и взглянул на дверь – в гостиную пришли люди.

Он понизил голос.

– Нет, я не хочу, чтобы ты стала женой моего племянника. Я люблю его и не желаю вешать ему на шею такую сварливую бабу, как ты.