— Чем ты так опечалена? — спросила тетя Кейт. — Я огорчила тебя разговором о моем пасынке? Не надо расстраиваться из-за него. Он очень изменился после смерти Лоры. Горе по-разному действует на нас. Возможно, со временем.

Ее надежды на будущее остались невысказанными, но и так все было ясно.

Оливия хотела сказать, что знала, или по крайней мере представляла, каков был маркиз до смерти жены, однако промолчала. Вместо этого она улыбнулась и сказала:

— В таком случае мы должны сделать все, чтобы развлечь маркиза и его сына во время рождественских празднований. Если не возражаете, тетя Кейт, сейчас я немного почитаю, пока Шат спит.

Тетя засмеялась:

— Да, общение с Шарлоттой научит всякого ценить минуты покоя. Но к сожалению, они длятся недолго.

Оливия рассеянно кивнула, уже поглощенная своей книгой. Точнее — листочком бумаги, спрятанным между страниц. На нем небрежным почерком были написаны слова, которые послужили причиной ее внезапной поездки в Уэльс. Слова, написанные не кем иным, как Безумным Маркизом ее мечты.

Уэльс, Пембрукшир,

замок Арлисс

22 декабря 1798 года

Джейсон Траерн, маркиз Шелдон, под неодобрительным взглядом дворецкого протянул руку к стоявшей на столе коробочке с песком и посыпал немного на письмо, которое только что закончил писать. Затем подождал некоторое время, пока песчинки не высушат чернила, после чего смахнул песок назад в коробочку. Он отложил лист бумаги и встал, заметив, как Говер облегченно расслабил плечи.

Дворецкий, шаркая, направился к двери кабинета, где остановился и продолжал стоять, в то время как Джейсон принялся наводить порядок на своем столе. Наконец маркиз, удовлетворенно кивнув, снова сел в кресло и взял нож для разрезания бумаг и придвинул к себе пачку нераспечатанной корреспонденции.