— Мне тоже нравится.

Решил, что если она не спешит с выяснением результатов сегодняшних игрищ, то и я суетиться не буду. Пусть обольщает, раздает авансы гонорара за мое участие в проблемах ее семьи. Когда обнаружит, что благодарить не за что, то-то расстроится.

— Где твоя подружка? — поинтересовалась она.

— Ты уверена, что она у меня есть?

Шрагина усмехнулась:

— Конечно. Не уверена только, что одна.

— Одна, — признался я.

— Что так? — Она смотрела с насмешливым сочувствием.

— И та — жена, — влепил я.

— Врешь. — Она не спросила и не удивилась. Спокойно прокомментировала мое заявление. И подсказала: — Может быть, почти жена?

— Какая разница?

Она улыбнулась. Успокоила:

— Это пройдет. Не сегодня завтра.

Я смотрел на нее с хмурым любопытством. Еще не хватало обсуждать с этой балованной бабенкой мои отношения с Ольгой.

— Как ее зовут? — спросила гостья.

Я не ответил.

— Где она сейчас? — не унималась та.

— В отъезде.

— Долго ее не будет?

— Оно тебе надо? — спросил я с вызовом.

— Надо.

— Зачем?

Шрагина очень пристально смотрела на меня. Во взгляде ее читалось многое: и вызов, и обещание черт-те чего, и обвинение меня в тупости. Этот коктейль, должно быть, свалил с ног не одного мужчину И я бы не устоял. Если бы не был защищен неприязнью к ней. И проблемами с Ольгой.

— Как ты думаешь, почему я здесь? — спросила она. Я решил не отвечать.

— Еще не было мужчины, который не хотел бы меня, — сообщила она.

Пришел мой черед ее успокоить:

— Это пройдет.

— Хам, — повторила она.

Развел руками: что поделаешь… Так и застыл с ними, разведенными. Остолбенело наблюдал за гостьей. Не сводя с меня того же, многократно пристреленного взгляда, Шрагина вкрадчиво расстегнула верхнюю пуговицу своей блузки. Потом — вторую, третью…